The Guardian об «архитектурных капризах» Лужкова
Когда в Москве открылся второй «Макдональдс», ленточку перерезал сам президент страны, вспоминает на страницах The Guardian журналист Дэвид Херст о российской столице начала 1990-х.
«Каждым авиарейсом из Лондона прибывала новая партия монетаристов, евангелических проповедников и шпионов, чтобы пировать на руинах прежнего режима. Общество перевернулось вверх тормашками: мошенники ездили на иномарках, а ученые торговали лампочками на рынке», – повествует он. Мэром этого города и стал Лужков. Он осуществил ребрендинг и Москве, и себе: надел кепку и сделался человеком из народа. «С того момента Москва и все ее жители стали его собственностью, почти в буквальном смысле», – цитирует Херста InoPressa.ru.
Мэр стремился к популярности у населения: например, повышал зарплату учителям и врачам за счет городского бюджета, а также «с катастрофическими последствиями мнил себя меценатом», пишет автор, сообщая, что церетелиевский Петр занял 10-е место в конкурсе на самую уродливую постройку в мире. «То был Дисней на анаболиках», – пишет автор. Москва сделалась диккенсовским городом контрастов: огромный спрос на роскошные автомобили и тысячи беспризорников.
Сегодня Москва генерирует пятую часть ВВП России, на улицах – 4 млн автомобилей и ужасные пробки. «Это наследие Лужкова. Какую Москву я предпочитаю? Ту, которая давно исчезла», – пишет автор.